Orange

Старые камни

11 месяцев пандемии, стала фигово спать, теперь даже одна в комнате засыпаю иногда к трем ночи, или просыпаюсь в пять, или каждый час. Смотрю как за окном летают попугаи и чайки. Едят ли чайки попугаев?
Перестала читать книги с плохим концом, не хочется. Начинаю и откладываю.
Ничего не хочу покупать, то есть в январе-феврале только по делу: камеру для скайпа, коробку для сыра, рыбий жир и 15 м кабеля для интернета. В Амазоне еще загружены рождественские подарочные чеки от работы, было около 200 евро, и 90 на бумажные книги, и еще не потрачено
В остальном нормально, работается интересно, память норм, французский пошел хорошо, веса набрался ровно килограмм сравнительно с 7 марта прошлого года.
Моя контора в грозном конверте прислала chèques-Vacances на 200 евро, просто так, бесплатно- типа мера анти-стресс. Тратить их пока некуда.
Как ученик 4 класса на природоведении, наблюдаю за собой. Три месяца пью рыбий жир из ложки, волосы мою вместо раз в день - раз в неделю. Забавно. Капсулы в прошлом году этого эффекта не дали.
Серый февраль, часто дождь.
В Медонском лесу смотрю на камни, остатки каменных троп для охотников. С 1726 года это были королевские леса для охоты, тропы замостили, и они до сих пор видны.
Жду весны.

Orange

Мимо ристалищ, капищ

Мы ездили вчера вместо Grand Frais в Sainte-Geneviève-des-Bois.

По дурацкому плану, где мы все решаем - дом или квартира, маленькая квартира в Париже или огромная с террасой но в пригороде. Как ветер мая, я меняю намерения каждый день или чаще.

Выходные серые, солнца нет, +11 и морось.

Мы приехали на русское кладбище , парковки пустые, никого нет, ворота все открыты. За наши два часа встретили одну седую женщину лет около 80, которая сидела с бумажным стаканчиком вина и курила на одной из коллективных могил Галлиполийцев. Еще один русский молодой человек искал могилу Тарковского, у меня в телефоне была схема, мы нашли вместе. И все.

Очень много могил, за которые кончилась оплата, и на них лежат пластиковые бумажки , что приходите в офис, место доступно для захоронения.

Свежие цветы у Нуриева, и еще на нескольких могилах. Не много.

И фамилии, какие знакомые фамилии... мы, наверно, последние динозавры, читавшие про многих и запомнившие их. Художник Коровин, Альберт Бенуа, Серж Лифарь, Нуриев, Тарковский, Бунины, Феликс Юсупов и его семья, много Толстых...

я искала кого-то по плану, потом ходила вдоль рядов, читая кто и когда.

Там не мрачно, совсем, просто странно.

Русская часть слева от русской церкви и по центру. А справа - там довольно новое итальянское и французское кладбище, все новое, и цветов много.

Потом мы прошли по улицам с домами, улицам с квартирами, мимо странных мест с маленькими нежилыми шато, мимо автобусной станции..

Collapse )
Orange

Железная женщина Наталья Гончарова

У меня от локдаунов бессонница. Просыпаюсь ночью и часа два читаю.
Последние два дня почему-то про Наталью Гончарову и Дантеса, и про всю эту странную семью. Книги про Пушкина в юности я читала, но там как то все очень прилично и туманно было. Оказалось, все не так.

Сначала я посмотрела годы жизни Натальи, и как у нее было с детьми. За 6 лет - 6 беременностей и 4 ребенка, и это до 24 лет. Это возраст upper teenager, young adult. И резкий шифт от жизни в Питере при дворе в деревню. Слабый человек бы сломался.
Потом я почитала про сестер. В какой-то момент две старшие сестры приехали в Питер, поселились с Пушкиными. Жили они весело, вскладчину, как теперь живут в колокейшенах в Амстердаме или Париже. Пришлось нанять дополнительных слуг (их было 16, по 2 человека на каждую барскую душу) и еще раз переехать. Переезжали они бесконечно, чаще чем раз в году. Напомнило мне переезды семьи Даррелов на Корфу. По Питеру, семья из 8 человек и 16 слуг, с вещами и бебехами, с шляпками, бумагами Пушкина и детским барахлом. И Наталья сестер вывозила в свет, а она самая младшая, то есть странно все.

И потом я вдалась в разные параллели с Даррелами, их там много.

Катерина служила с 1834 фрейлиной при дворе, но переезжать не стала, осталась в бедламе. Казалось бы. Почему-то не взяли во фрейлины Александрину. Наверно, обижалась и теперь бы ходила к психологу.

Одной из забот Натальи была покупка бумаги для Пушкина, и покупала она ее в промышленных количествах, прося брата оплатить бумагу в зачет ее денег от имений Гончаровых. Пушкин выпускал «Современик» практически как сейчас авторы краудфандинг собирают. 650 подписчиков было недостаточно для окупаемости.

Денег не было. Тошнило Наталью практически постоянно. Танцевать любила тоже, и в гости ездить любила, плюс сестер вывозить, ну и в церковь, и к родственникам. Говорю же, железная женщина и всего 24 часа в день. Видимо, отличная наследственность, если за столько беременностей сохранилась фигура.

Потом я почитала письма сестер Гончаровых брату и разным другим людям. Они какими то живыми стали. Сплетни пересказывать не буду, но тоже почитала. Ночь длинная.

Потом стала читать про Дантеса, которого в 22 года усыновил голландский барон, которому было 40 с хвостом, нарушив усыновительные законы Голландии (знакомы меньше трех лет, усыновителю меньше 50)... там тоже много чего.


Несколько ссылок, так, было забавно
Судьба Натальи

Наталья и дети

В замке Фриденгоф-Гончаровой
Orange

Синие трусы

Я съездила сегодня на митинг в защиту Навального на Трокадеро. Люди подготовились, а я совсем нет.

Было человек 200, может чуть больше. В 6 couvre-feu, из дальних пригородов далеко ехать, мне- то от дома минут 35.

Больше всего было плакатов размера А3, потом шли синие трусы, потом ершики (простые белые пластмассовые).

Рядом гремел митинг в защиту Конго, наших выступающих было слышно плохо. Я зашла на кладбище Passy, прошла насквозь и посмотрела со стены вниз. Красиво, и видно лучше.

Минут через 10 пришли полицейские и крайне вежливо попросили уйти.

Город весь живой, люди гуляют, совсем я одичала в пригороде. После работы уже в Париж не поедешь.

Collapse )

Orange

И только водитель троллейбуса, он головой не вертел

Сегодня на митинге я посчитала на досуге участников. Нас было 14 ( митинг был строго по делу. Cyber security). 13 мужчин и я. То ли это перекосы общества, то ли subject требует много лет опыта. Я ни разу не феминист. Но задумалась.

Идет длинная тоскливая зима. Я меняю проект, беру новый, по data science. И опять посчитала участников сегодня, уже после митинга. Из 63 человек всего 6 дам. Три администратора, два тестера, ну а я буду SAFE release train Scrum coach. По ходу трех длинных интервью (одно было шесть часов с 8 человеками одновременно) я обошла восемь других кандидатов (все мальчики). Интересный расклад.

Феминизм явно еще не в силе. Будем топить за равноправие.

Сидим во Франции с комендантским часом с 6 вечера, зимним дождем и закрытыми ресторанами. Я хотела уехать дня на 4 перед началом проекта, перезагрузиться. Но как то не хочется. Унылое безразличие и никуда и ничего не хочется. Не хочется покупать квартиру или дом, невозможно решить - дом или квартиру. Не хочется покупать ничего. Остается работать, учить французский и вечером читать фигню.

Самое раннее, уедем на Пасху в Дордонь.

Если тест по французскому я сдала ( о чем узнаю недели через две), и если префектура примет документы на permanent residence, то можно будет ответить конторам контракторов и брать короткие сложные проекты. Хоть интересно будет.

Я еще одно внутреннее интервью прошла, даже два уже, на environmental impacts assessment, ISO 14044, вот уж не думала, что университетские курсы экологии пригодятся. Но посмотрим.

Наша мэрия первой во Франции стала собирать маски для утилизации. У меня их куча, надо сходить отнести.

По утрам я читаю статьи про разоряющиеся бизнесы в franceinfo. С цифрами. Уже был ресторатор, парикмахер, а сегодня- владелец двух кинотеатров не в Париже. Там все грустно.

Collapse )
Orange

Звенит январская вьюга

Не в Париже, а в Испании. Но все равно зима и холодно.

Я жду ответа с экзамена, немного учу французский (в силу домового), читаю ерунду и слишком много ем. Потому что в субботу из магазина Grand Frais привезла багажник вкусной еды. Машина у меня Смарт, в холодильник все влезло, но теперь трудно выбрать, и трудно остановиться. Креветки, меч- рыба, копченая рыбка, икра, гуакомоле, песто, итальянские макароны, оливки и физалис, два сорта масла, потому что кто то ест несоленое, а я полусоленое, и так далее.

Сыр еще даже не разворачивала, а я еще купила бри с трюфелями на рынке в пятницу.

Сегодня залезла на букинг, и на аирбнб, и на abritel, и увидела, что из рентовых домов на лето в нужном мне Le Gaou остались буквально штучные дома. Я тянула, ожидая цен от владельца дома, который мы осенью и сейчас снимали. Ну что, 5200 евро за три недели. Все же много. Про май я с ней поторговалась, и сняла за 800 на неделю, но на август-начало сентября даже не стала пробовать.

Пошла в arbitel, сняла даже большего размера, 2 спальни, терраса 40 м, гостиная, view, стиралка и посудомоечная машины. От пляжа чуть дальше, но неважно. Можно пешком, можно на машине. За те же 3 недели 3200. Что приятно, сразу взяли только первые 600 евро, остальные в июне. И до июня можно канцелить, с небольшой потерей. Почему-то на всех новвх сайтах я плачу сначала канадской карточкой.

Теперь живу спокойно. На пасху сниму домик на ферме с ламами, на границе Дордони. И еще куда-то съездим летом.

На Канаду оставила неделю, и на Москву/Питер неделю, но шансы фиолетовые.

Я подумала про машину побольше (первый раз за три года). Но мне следующей нравится только джип, а с ним трудности парковки в под-парижье. На нашу рентовую парковку точно не влезет. Но не срочно, в смарт влезает все для отпуска и два рюкзака с лаптопами.

Мы выяснили, что у нас по 150 GB мобильного интернета в месяц на каждого, и можно работать удаленно сколько хочется. Удобнее на оптике, но можно и так.

Collapse )

Orange

Очки, как у Собчак

Мне профсоюз подарил маску, как у Макрона, антивирусный гель сильного действия и конфеты. Дорогое шампанское и фуагра, это как всегда.

Я специально заказывала на Рождество электронные карточки в подарок, чтобы в офис не ездить, но профсоюз выдал второй подарок, не нарушив обычая.

Вчера я сдавала тест А2, в 16 arrondissement. Сдала устную часть, и меня выгнали на 2 часа на улицу. Ждать в теплом помещении нельзя, ибо Ковид, сами понимаете.

Съездить в Париж было приятно, и на эти 2 часа я ушла на Елисейские поля. И там совсем пусто, как в фильме-катастрофе. Охранники стоят, покупателей нет. Пустой Луи Виттон, пустой Диор, пустой Аппл. Много магазинов сдается внаем. Много закрыто, и не только рестораны. Рестораны тоже, и смотреть на них тоска.

В Заре, куда я зашла погреться, на три этажа была я и еще один человек. И по одному продавцу на этаж.

За два часа дошла до площади Конкордии и назад. Пусто, красиво, поверить нельзя.

Вернулась, купила кофе в булочной, покурила в скверике. Вторая часть прошла быстро, всего около часа, но были как всегда вопросы, к которым подходят два ответа, и тут только наугад.

Collapse )

Orange

Остаться под видом советских киргизов

Визбора с утра бормочу.

Завтра уезжать, и чтобы было не так жалко, нам дали мистраль и дождь. Гулять идти невозможно.

Пью кофе, потом томатный сок.

В Новый год было очень много звонков, и все средства были применены: Скайп, вотсапп, гугль и даже фейсбук мессенджер.

Итогов года нет, планов тоже нет, и желание не загадывала.

Теперь про Hyeres.

Лев Толстой приехал к больному брату Николаю в 1860. Поездом до Тулона, потом на лошадях. Было Льву 32 года, холостой и свободный, писал «Казаков».

Роберт Стивестон приехал в 1883, и ему тоже было 32 года. В Йере уже построили вокзал, и добираться стало просто. Писал «Черную метку». Он как раз денег получил за «Остров сокровищ», поэтому виллу La Solitude снял без проблем. 4 rue Victor Basch.

Джозеф Конрад два раза тут жил. Сначала приехал в 17, в 1874, а потом в 64. Написал книжку The Rover, где есть про Hyeres и приморский поселочек Giens.

В 1897 некоторое время в Йере жил Антон Чехов... Потом уехал в Ниццу

Киплинг приехал в 1921, в нестарые 53 года. И через 9 лет еще приезжал, в 1930.

В том же 1930 здесь болтался молодой Дали. 26 лет, на фотографиях лупоглазый и счастливый.

А в 1928 в Йере завис David Lawrence, который написал «Любовник Леди Чаттерлей».

Фитцджеральд начал здесь «Ночь нежна», жил тут в 1924, и потом наездами - было ему 30.

Collapse )

Orange

Послушай, ах как это было давно

Я тут читаю про город Hyeres на трех языках: русском, английском и французском.

И хожу по улицам, смотрю дома.

Вот тут жил Роберт Льюс Стивенсон, вот тут Лев Толстой, вот здесь Георгий Иванов с Ириной Одоевцевой. Жил Скотт Фицджеральд в 1924, писал роман «Ночь Нежна», ходил в рестораны с Зельдой, потом уехал в Антибы. Жил Киплинг, в 1921, рентовал Роллс-Ройс, ехал из Тулона 2,5 часа, беспокоился о гараже и механике.

Киплинг и Фицджеральд для меня были из разных миров, а жили тут с разницей в 3 года. Правда, Киплингу было уже 53.

Приезжал совсем молодой Дали, 26 лет всего было, тощий, счастливый, веселый. Чехов приезжал в 1897, по дороге в Ниццу, радовался пальмам и что можно осенью ходить без пальто.

Город маленький, накручиваю круги.

И опять не складывается картинка. Иванов писал о «богомерзком Йере». Смотрю на дом престарелых, где он жил, престарелым не являясь (61 год, мама миа). Дом роскошный, пальмы, в был еще и розовый сад.

Лев Толстой же жил в пансионе в двух шагах от старого города, у него наоборот - стена и маленькое окошко в стене. Скромно для графа. Понятно, что что-то еще было внутри. Садик?

Еще покопаю и почитаю, еще приеду и похожу летом.

Еще надо поискать, где жили Шаляпин, Конрад, Александр Дюма и Наполеон.

Collapse )

Orange

Коктебель на Côte d’Asur

Вот три дома на другом краю бухты - в центре Билибинский -все, что осталось от русской колонии в La Faviere.Отпуск пролетает мгновенно.

Вот и осталась одна неделя.

Раз в день мы выезжаем погулять, потрогать толстую желтую мимозу, попинать ногами оливки на дороге, пройти вдоль моря. Часа на три. Особой удачей считаю возможность купить кофе - кафе и рестораны закрыты, но в булочной или в бар-табак могут сварить эспрессо. С бумажным стаканчиком можно идти без маски. Днем +17, жара.

Курортные городки пустынны. Но видно по окнам без жалюзей, что люди есть.

В начале 20-х прошлого века в La Faviere собралась русская колония. Баронесса Врангель предложила одному русскому купцу, что она распродаст по участкам его землю в поселке, и за это возьмет себе один. Ни воды, ни транспорта, ни электричества, большой (маленький) город Йер в 20 км. Как у Волошина в Коктебеле. Цена за метр была 5 франков, то есть не много, но и этих денег у них не было.

Продала свою автомастерскую в Париже и построила домик. И еще один построил Саша Черный с женой и фокстерьером, еще один художник Билибин, бывший министр Милюков, много кто еще. Биолог профессор Метальников, например. Забавно, что в его, Метальникова, крымском имении устроили лагерь Артек.

Фотографии остались преимущественно за столом - сидят, едят, радостные, выпивают. Как мы в прошлом году.

Куприн очень хотел купить тоже, но денег не достал, ночевал по простецки летом на берегу рядом с рыбацкими лодками, его манерная дочь Ксения поселилась за 5 км в Le Lavandou, и навещала стремного папу. Потом он снимал домик, халупу без удобств и почти без крыши.

Написал книжку Мыс Гурон. А Саша Черный написал «Чудесное лето». Куприн вот: http://kuprin-lit.ru/kuprin/proza/mys-guron/index.htm, а Саша Черный есть на литресе.

Вечером все приходили на пляж, с вином и сигаретами. Все было дешево.

Марина Цветаева тоже сняла на одно лето комнатку за 600 франков.

Три дома остались от русской колонии, и только.

Один из них можно снять на лето, и я думаю.

Collapse )