January 11th, 2005

Orange

(no subject)

Позвонила маме. Мама перевезла к себе бабушку. Бабушке уже 92, маме 62. Они не очень ладили долгое время... Бабушка маму сильно не одобряла, - и ранний брак, и второй брак, и то, что она не доучилась...
А вот теперь сижу, думаю. Денег подброшу, а больше я ничего не могу. Дай бог им силы не ругаться, они воообще-то больше нескольких часов вместе не могут... настает трудное время.
Orange

(no subject)

К слову о пенсионерах в Канаде.
Была я недавно у одной знакомой в моем доме. Она голландка, переехала в Канаду с мужем 30 лет назад, будучи слегка за тридцать. Мы с ней вместе в strata council комитете заседаем, типа домкома. Нас семь человек, очень разных, очень интересно. Распоряжаемся собранной месячной платой, планируем ремонты дома, нанимаем менеджеров и уборщиков, утверждаем – как цветочки сажать, и заменять ли ковер во всем доме... Я уже год там развлекаюсь, заседания раз в месяц, просто школа жизни. Два-три часа мы обсуждаем все текущие проблемы, письма жильцов, слушаем отчет менеджера дома, ну и говорим о постороннем. Иммигрантов в комитете всего двое. Хилли, вот эта голландка, и я. Остальные – канадские мужчины от 40 до 60: адвокат, банковский менеджер, бухгалтер, писатель и еще один человек, который не работает, а живет на доход от капитала. Мистер-Твистер, вероятно, миллионер. Интересуется миллионер исключительно регулярными прогулками двух своих собачек, поэтому когда заседания затягиваются и треп переходит на третий час, он извиняется и минут на 15 исчезает – собаки гуляют по расписанию.
Время от времени после заседания мы идем к кому-нибудь домой, еще потрепаться. У меня, естественно, бардак и книжки везде, поэтому ко мне мы еще ни разу не ходили (но если перед этим убрать, то вполне можно и позвать, у нас тоже неплохо). Собственно говоря, мы пару раз ходили к сэру Председателю, который один живет, и вот еще пару раз – к Хилли.
Хилли не работает, живут они вдвоем с мужем Робом, с момента постройки этого дома – то есть уже 11 лет. Я не знаю, каким бизнесом занимается Роб, он со мной только все время вежливо здоровается в лифте. Знаю от Хилли, что он ездит в какие-то длинные командировки и какими-то конторами руководит.
Хилли говорила, что когда они приехали, то жили страшно бедно, она работала receptionist, типа барышни на телефоне, даже не секретарь... потом они жили на острове Ванкувере, строили дома и их продавали... А теперь вот – двое детей (большеньких, под сорок), двое или трое внуков, - все живут отдельно, естественно - сад на крыше и общественная жизнь.
Деньги у них, судя по всему, есть. Вероятно, от таинственного бизнеса. Квартиру они выкупили целиком, платят только maintenance fee. Хилли недавно сделала из двухспальной квартиры – односпальную, снесла часть стенок и сотворила огромную гостиную, такую – голливудскую. У них есть стенка с книжными полками, забитыми читанными книжками на голладском и английском. Целая большая стенка.
Интересно, к чему придем мы лет так через двадцать пять? Страшно думать, да?
Orange

(no subject)

Ах, милые дамы!
Вы же понимаете, очень трудно работать, когда из офиса за полминуты на скоростном лифте спускаешься в огромный молл. А поскольку на улице минус пять, приходится гулять в ланч по моллу, чтобы не прирасти к стулу.
Вчера я бродила полчаса по книжному, а сегодня просто так...

Какие ботиночки, - пижонские, модные, остроносые, кожано-коричневые, мягкие, на невысоком каблуке, изысканные я только что себе отложила. Размерчик-то у меня крокодиловый, тридцать восемь – тридцать девять... Отложила, до конца рабочего дня. Может, передумаю... Разорюсь я на этой новой работе...